11:37 

Фанфик: "We'll meet again" (NC-17)

Be the change you want to see in the world. (c)
Глава восьмая

Ванкувер. Пентхаус на Мэйн стрит. Наши дни.

Сдерживать рыдания было невозможно. Один за другим умирали его самые близкие друзья, и он был тому виной. Вики с испуганным видом смотрела на вампира, пытаясь понять, что же произошло. А еще она пыталась ответить на самый важный вопрос: что заставило пятисотлетнего, сдержанного в эмоциях вампира, распластавшись на полу, рыдать, словно ребенка, у которого отобрали любимую игрушку?
- Генри, - тихо позвала девушка, касаясь его плеча. Халат распахнулся, обнажая ее ногу почти до бедра, но Виктория не обратила на это внимания. Фицрой — тоже.
- Генри, - повторила она, - что значат для тебя эти стихи?
Ричмонд поднялся на ноги, чувствуя, как усталость берет вверх. За окном уже примерно час светило солнце, но он не мог спать. Не сейчас. Генри посмотрел на Вики печальным, полным муки взглядом и выдохнул ей в лицо.
- Этот… эта мразь убила Бэтти, - даже без очков Вики видела, как его лицо исказилось от невыносимой боли.
- Профессор Сагара? Генри, мне жаль, - она попыталась подобрать слова утешения, - Генри, - внезапно девушка вспомнила, - что этот урод имел ввиду?
- О чем ты? - усталым, безжизненным голосом спросил вампир.
Вики осторожно продолжила.
- Он сказал, что ты мне должен что-то рассказать. О своем прошлом, - Генри еле слышно зарычал, меняясь в лице, но девушка не шелохнулась. - Генри, что ты сделал, и почему Марсель тебе мстит?
Боль снова пронзила его и без того израненное сердце. Оно, словно, раскололось на мелкие кусочки, и больше не подлежало восстановлению. Ему была ненавистна мысль, что придется рассказать Вики о свершенных им когда-то зверствах. Какая разница когда это было? Он сделал это. Генри Фицрой, а не кто-либо еще.
Вампир медленно повернулся к ней лицом.
- Вики, я должен рассказать тебе о своем прошлом. Но ты должна запомнить одну вещь, - он выпустил клыки, его голос стал глухим, холодным.
Генри посмотрел на девушку черными, как смоль, глазами и прошипел.
- Я не человек и никогда им не буду.

****************************************************************************

Вики внимательно слушала рассказ Генри, всеми силами стараясь скрыть появившийся в глазах ужас. Она знала, что Фицрой — не ангел. Он вампир и всегда был таким. Подозревала она и о многочисленных скелетах в шкафу, ибо если живешь пятьсот лет, то рано или поздно совершаешь ошибку. Но такое…
Когда он закончил свое кровавое повествование, девушка заговорила.
- Я не стану лгать тебе, Генри. Это отвратительно, - Вики поморщилась, - но не мне учить тебя. Меня интересует только одно: почему?
Вампир посмотрел на нее, удивленный ее спокойной реакцией.
- Ты ведь ждала что-то подобное? Этот рассказ вовсе не шокировал тебя, ты предполагала, что я способен на такое! - он начал ходить по комнате, пытаясь контролировать свой гнев.
Вики тяжело вздохнула: конечно, она была шокирована, даже потрясена. Но много лет работы в полиции научили ее выслушивать самые страшные откровения, не позволяя своим эмоциям вынырнуть на поверхность.
- Ты должна понять, Вики. Я — монстр и всегда им буду. То что ты видишь: мое тело, мое лицо, играющая на нем улыбка, манящий взор... Все это — маска. Притворство. Жалкая попытка уподобиться человеку, - вампир выплевывал каждое слово, испытывая к себе самому дикое отвращение. - Но я не человек. Я — чудовище, - он оскалился.
От подобных признаний девушку бросило в дрожь.
- Генри, что тебе сделал этот фрацуз? - спросила девушка.
Генри пронзил ее своим взглядом.
- В том-то и дело, что ничего. Вики, в первый год после обращения даже самый сильный вампир не может себя контролировать. Все что ему хочется — это утолить дикую, раздирающую горло жажду, - он фыркнул, пытаясь донести до нее смысл сказанного.
- Шел 1538-ой год. Мне тоже исполнился ровно год. Ты ведь прекрасно понимаешь, что это означает?
- Кристина…
- Она бросила меня, сразу после того, как мы попытались разорвать друг другу глотки. Борьба за территорию и пробудившиеся в результате инстинкты совсем не остудили мое пламенное чувство к Кристине и не притупили боль от ее утраты. Наоборот, разлука только усилила мою любовь к ней и ненависть к другим, - Генри отвел от нее глаза, чтобы Вики не заметила его слез. - Я был зол на весь мир. А Марсель и его жена, - вампир намеренно не произнес ее имени (картинка с лежащей на окровавленных простынях девушкой и без того стояла перед глазами), - просто попались под руку, - закончил он.
Вики не верила своим ушам. Повернувшись к Фицрою, она возмутилась.
- Генри, - она пыталась подобрать нужные слова, но без толку, - мы не убиваем за то, что люди не к месту упоминают имена наших друзей и бывших любовников!
Вампир оскалился, снова демонстрируя ей свою истинную сущность.
- Вы не убиваете, - поправил ее Генри, - Я — другое дело!
- Тогда мне больше нечего тебе сказать, - Вики демонстративно отвернулась от него, пытаясь придержать набегающие на глаза слезы.


Продолжение следует…


Глава девятая

Ванкувер. Пентхаус на Мэйн стрит. Наши дни.

Он распахнул двери в спальню, чувствуя, что вот-вот упадет. Силы окончательно покинули вампира. Солнце. Хоть Генри и не стоял под прямыми солнечными лучами, он чувствовал воздействие самой жаркой планеты даже через бронированный защитный слой на окнах. Рухнув на кровать, Фицрой закатил глаза, вспоминая слова Вики.
“Тогда мне больше нечего тебе сказать”, - каждое слово отразилось отдельным ударом. Словно кол в сердце. Они — это сочетание букв и знаков — пробили защитную броню, которую пятисотлетний Ричмонд упорно возводил веками.
Генри откинулся на подушки, прикрывая уставшие глаза. Уже погружаясь в сон, он уловил еле слышные, булькающие звуки: Вики плакала.

*********************************************************************************

Виктория Нельсон сидела на диванчике, прикрыв ладонью рот. Рыдания душили ее, грозясь вырваться наружу, выдать ее слабость. Еще немного, и Генри уснет, тогда она сможет опустить руку и всхлипывать, вырывая на голове волосы. Нельсон поморщилась. Ее жизнь становилась похожей на дешевый бульварный роман, а она сама занимала место главной героини. Хорошо, что Генри — вампир, ведь в отличии от людей, вампиры, однажды заснув, могли проснуться уже только после заката.
Вики решительно встала с места и подошла к столу, где были раскиданы наброски для комиксов. В углу отдельной стопкой лежало штук двадцать портретов. Ее портретов, в разных настроениях. Нельсон пробежалась по ним глазами, напрягая глаза.
“Неужели, человек, нарисовавший это, мог так жестоко расправиться с беззащитными и безвинными людьми? Не человек — вампир”, - поправилась Вики, тяжело вздыхая.
Страшные, кровавые картины стали возникать перед глазами. Ей стало страшно от собственных мыслей.
- “Надо что-то предпринять”, - Вики порылась в полках и нашла его бумажник: портмоне было набито различными кредитками, пропусками, клубными карточками. В кармашке обнаружилась фотография Кристины. Увидев в очередной раз причину всех их несчастий, Вики швырнула снимок на пол и затоптала голой ногой, глубоко сожалея, что на ней не было сапог с грязными подошвами. В одном из отделений бумажника сиротливо лежала стодолларовая банкнота. Девушка смяла в руке купюру и подошла к шкафу с одеждой. Гардероб Генри поражал своим шиком и разнообразием. Вики вытащила черную рубашку и джинсы. К счастью для нее, они с Генри были примерно одного роста, да и телосложением она мало в чем ему уступала: годы тренировок по программе для копов наградили ее широкими мускулистыми плечами и спортивной фигурой. Джинсы все же оказались велики, поэтому пришлось их затянуть ремнем.
Вики написала для Генри записку, на случай если застрянет больше чем , - она посмотрела на часы — на десять часов. Подумав, что сотки может быть недостаточно, Вики прихватила одну из кредиток.
В вестибюле она вежливо спросила портье, где находится ближайший магазин одежды и где можно приобрести очки. Ошарашенный странной визитершей, мужчина пролепетал что-то нечленораздельное. Вики вышла из здания, оглядывая себя, насколько могло позволить ее зрение. Благо, на улице стоял день, и она могла относительно хорошо видеть.
“Если меня поймают”, - подумал она, - “с целью оттащить в психушку, я скажу, что актриса и изображаю легендарного Чарли Чаплина”, - потом усмехнулась. - “За исключением того, что у меня нет усов, котелка и тросточки. А еще, кажется, в то время не носили джинсы”.

*****************************************************************************

Корин Фэннел металась по офису, пытаясь успокоиться. Поиски ни к чему не привели. Девушка обзвонила всех ее знакомых, обошла все адреса, где могла появиться ее начальница. Она даже проверила квартиру Майка Селуччи: Вики нигде не было.
Отчаявшись найти ее и рисуя в голове страшные картины о возможно произошедшем с подругой несчастьи, девушка набрала полицейский участок.
- Простите, - раздался за спиной женский голос, - вы Корин? Корин Фэннел?
Корин обернулась, положив трубку на рычаг: перед ней стояла молодая девушка. Корин не смогла сдержать восторженного возгласа. Незнакомка была необычайно красива: светлые, вьющиеся локоны, голубые глаза с пронзительным взглядом, нежная кожа, похожая на мрамор. И голос, голос, сводящий с ума...
Корин ошарашенно смотрела на незнакомку, радуясь, что всегда придерживалась традиционной ориентации.
- Я вас слушаю, - наконец выговорила она.
- Меня зовут Кристин Дайе, - представилась белокурая красавица, - меня послала Виктория Нельсон.
- Вики? Она у вас? - Корин не могла поверить, что Вики была способна на столь необдуманный поступок.
- Да. У нас было дело, - Кристин улыбнулась, - она ждет вас. Вы должны поехать со мной, - и снова этот голос, которому было просто невозможно отказать.
- Хорошо, идемте! - девушка подхватила куртку со стула и они обе вышли из офиса.
Возможно, если бы Корин не была так очарована этой женщиной, ее внутренний голос отчаянно бы прокричал, что это — ловушка. А отключившийся мозг напомнил бы, что посетительница назвалась именем одного из главных персонажей мюзикла “Призрак оперы”, который, будучи готом, Корин видела несчислимое колличество раз.

****************************************************************************

- Спасибо, - Вики расплатилась карточкой, подхватила пакеты и вышла из магазина.
Еще там, в раздевалке, она переоделась в голубые джинсы и синию блузку, засунув вещи Генри в один из целлофанов.
Оказавшись на улице, девушка сразу одела приобретенные в дорогом оптическом салоне очки. Впервые за последние сутки, чувствуя, как окружающий мир перестал вертеться с бешенной скоростью, Вики немного успокоилась.
“Все будет хорошо”, - утешала она себя, заходя обратно в здание, - “Генри проснется, мы найдем эту тварь и уничтожим”.
- Мисс, - поздаровался портье.
Вики сразу обратила внимание на то, что за полчаса человека сменили, и теперь на его месте был совсем другой портье. Старше и к тому же, судя по акценту — француз.
- Мисс Нельсон? - позвал тот.
- Откуда вы знаете, как меня зовут? - насторожилась девушка.
- Вам просили передать, если вы, конечно, Виктория Нельсон, - улыбнулся он.
- Да, это я, - Вики взяла конверт, - спасибо, - она пошла в сторону лифта, слишком увлеченная вскрытием конверта, чтобы заметить лежащий под стойкой обескровленный труп мужчины.
- Что за...? - Вики повернулась к портье, чтобы спросить о записке, но тут на ее голову обрушился сокрушительный удар. Падая, Вики почувствовала, как ее тащат в сторону черного выхода.

Продолжение следует...



Глава десятая.

Париж. 1538-ой год.

Он никогда не слыл храбрецом, скорее наоборот. Если где-то поблизости случалась драка, он как можно быстрее удалялся на безопасное расстояние, никогда не спорил с тем, кто мог на деле оказаться сильнее его. Когда в трактире разгоралась очередная пьяная драка, а гвардейцы и мушкетеры, обнажив шпаги, бросались друг на друга, он прятался в задней комнате и не высовывался, пока бурная перепалка не перетекала в еще более шумное перемирие.
К тому же ему не верилось, что на свете этом есть существа, более опасные и жестокие, чем сам человек. Не подозревал он и о существовании разных дьявольских созданий, таких как оборотни, упыри, вурдалаки, вампиры, ведьмы... До сегодняшнего дня, до той самой минуты, когда он увидел загадочного незнакомца, оказавшегося к тому же иностранцем.
Глаза, черные, как сама ночь и бездонные, как озера, бледное, словно выточенное из мрамора лицо, и голос, завораживающий, властный, не терпящий возражений. А еще дивная, нечеловеческая красота. Он вспомнил, как гость разительно переменился при упоминании семьи Ланфэн, как засверкали молниями его злые глаза, и ужаснулся своему предположению. Быть того не может! Mon Dieu,* eго трактир посетил сам дьявол. Снова перед глазами возникли дикий, звериный оскал и полный лютой ненависти взгляд, адресованный его посетителям. Проклятье! В конце концов именно он рассказал англичанину об этих людях. Зачем он это сделал?! А был ли у него другой выбор? Глаза зверя прожигали в нем дыру, требуя повиновения.
Впервые за много лет проснулась его давно дремлющая совесть, и чувство неописуемого страха перешло на второй план. Он должен остановить это чудовище, сделать хоть что-то полезное в своей никчемной жизни. Знаний у него было определнно недостаточно (он не думал, что когда-нибудь пойдет охотиться за Созданием Ночи), однако того, что ему было известно из легенд и преданий, было достаточно для исполнения этой наиважнейшей миссии.
Заперев трактир и вооружившись всем необходимым (парочка осиновых кольев, склянка святой воды, чеснок и кресты), Жерар Бовье остановил проезжающую мимо повозку и отправился навстречу неизвестности.

***************************************************************************************

1538-ой год. Пригород Парижа, поместье Ланфэн.

Для Жерара одно то, что он посреди глубокой ночи выехал за пределы Парижа, было целым подвигом. Подойдя к дверям поместья, трактирщик решил сначала постучаться. Но когда он прикоснулся к двери, та со скрипом открылась. Бовье сглотнул, преодолевая первый признак беспокойства. Он даже на секунду передумал и повернулся, чтобы уйти, выкинув глупую затею из головы: что если хозяева давно спят, а он — неотесанный простолюдин — их потревожит? Или, что еще хуже, помещик Ланфэн примет его за вора, и прежде чем Жерар успеет объясниться, пальнет в него из ружья?
И тут раздался этот странный звук. Обладающий сверхъчувствительным слухом, Жерар сразу распознал в этих колебаниях сдавленный, еле слышный стон. Бросившись вверх по скрипящим ступенькам, трактирщик приготовился испытать шок от увиденного. Однако, даже обладая богатым воображением, вряд ли можно было представить себе нечто столь ужасное. Толкнув дверь в супружескую спальню, Жерар застыл на пороге. Сначала трактирщику показалось, что ему снится дурной сон: вся комната была в жутком беспорядке, повсюду алели красные пятна непонятного происхождения. А еще странный, вызывающий тошноту запах... Бовье продолжал в недоумении исследовать спальню. Пройдя внутрь, он присмотрелся к кровати: простыни были разорваны, а на некогда белоснежном ковре валялась чья-то ночная рубашка, тоже вся в красных разводах. Жерар напряг зрение, чувствуя нарастающее беспокойство: под покрывалом что-то лежало. Не сумев сдержать любопытства, Жерар откинул саван... В ту же секунду дикий, нечеловеческий крик вырвался из его горла: на кровати лежала обнаженная Люсиль Ланфэн, вся в красной, липкой субстанции. Ее некогда светлые волосы лежали алыми патлами на груди. Девушка не шевелилась.
Бовье содрогнулся от осенившей его догадки: кровь! Это красное, густое вещество, разбрызганное по всей комнате, застывшее на теле мадам Ланфэн — все это кровь!! А запах… Это был зловонный смрад Смерти!
Трактирщик ухватился за бешенно бьющееся сердце и бесшумно сполз на пол. Неужели это сделал тот англичанин? Зачем? Что ему сделало эта несчастное, невинное дитя?
Внезапно, сзади послышались шаги, а потом чья-то холодная рука легла на его плечо.Зажмурившись, Жерар прошептал.
- Все...
- Что ты тут делаешь? - раздался за спиной хриплый голос.
Бовье открыл глаза, затем медленно обернулся к говорившему. Перед ним стоял Марсель Ланфэн весь в крови, с безумным взглядом в глазах.
- Что ты здесь делаешь? - повторил озверевший помещик, качаясь от слабости.
- Мсье... я... просто, в трактире... англичанин... я подумал, что могу помочь, - пролепетал перепуганный Жерар.
Лицо Ланфэна исказилось в гримасе невыносимой муки. Он схватил Бовье за руку и потащил к кровати.
- Чем ты мне поможешь? Что ты можешь?!
- Я не знаю, я... опоздал, - оправдывался Жерар.
- Ты опоздал, - горько усмехнулся Ланфэн, - пока ты сидел в своем паршивом трактире, разливая выпивку пьяным гвардейцам, - его голос задрожал, - сюда ворвался этот англичанин. Он заставил меня смотреть на то, как моя собственная жена поддается ему, затем снял с нее свои чары. Он надругался над ней и убил. Он... он не человек даже. Укусил меня, - Марсель указал на свою шею, где отчетливо виднелись две маленькие ранки.
- Я сожалею, - пробормотал трактирщик, накрывая девушку покрывалом.
- Этого недостаточно!! Моя жена умерла, я...
Бовье остановил его. Внезапно, его глаза уловили еле заметное движение. Пальцы на правой руке девушки шевельнулись.
- Она жива, - прошептал Жерар, указывая на Люсиль, рука которой резко дернулась, сжимая в кулаке клочок ткани.


Продолжение следует...

* Mon Dieu – Боже мой (перевод с французского)


Глава одиннадцатая

Париж, 1538-ой год. Поместье Ланфэн.

- Это невозможно, - он смотрел, как жена шевелится на окровавленных простынях, и не верил своим глазам. - Я же… я видел, как он убивал ее!
Бовье подошел ближе.
- Тем не менее, она дышит, мсье. И мы еще можем спасти ей жизнь, - Жерар склонился над девушкой, прикоснулся к ее прохладному лбу.
- Что мы можем? - Марсель заметался по комнате, обхватив голову руками.
Бовье задумался. Он не верил в воскрешение из мертвых, демонов и прочую нечисть, однако, существование англичанина доказывало обратное, заставив трактирщика обратиться к древним легендам и поверьям. Вампиры. Они отнимают человеческую жизнь и по желанию даруют избраннику новую.
- Мсье Ланфэн, он ведь не только укусил вас, но еще и напоил своей кровью? - спросил Жерар.
Марсель удивился, но кивнул в знак согласия. Бовье встал с ложа и подошел к помещику.
- У вас, возможно, есть один единственный шанс, нет полшанса, спасти мадам, - он указал в сторону Люсиль, грудь которой теперь тяжело вздымалась. - Англичанин неспроста напоил вас своей кровью: он сделал это с определенной целью — сотворить из вас себе подобного — монстра, живущего в ночи. Скоро вы умрете для света и возродитесь вампиром, как он. Тогда вы должны будете обратить мадам Ланфэн, а я в свою очередь сделаю все, что в моих силах, чтобы удержать в ней жизнь.
Марсель посмотрел на Бовье. В его воспаленных глазах читался один единственный вопрос.
- Когда, - он прокашлялся, чувствуя подступающую к горлу дурноту, - когда это произойдет?
Трактирщик пожал плечами.
- Разные легенды — разные мнения: есть предания о кровососах, где утверждается, что для превращения требуется три дня, а еще надо провести ночь под землей, в заколоченном гробу. Другая легенда опровергает теорию о гробах, а само превращение длится несколько часов.
Марсель подошел к кровати, сел рядом со своей умирающей женой. Девушка подняла на мужа мутные глаза и еле заметно улыбнулась. Ланфэн, вернув улыбку, сжал ее запястье, под которым прощупывался нитевидный пульс.
- Там помолим Господа бога, чтобы легенды оказались правдивы.

*****************************************************************************

Он проснулся позже обычного: сказывалось бодрствование в дневное время. Генри резко распахнул глаза, позволяя им привыкнуть к царившей в комнате темноте, затем медленно сел в постели. Вампир почувствовал, как под тонким шелковым покрывалом напряглись его мускулы. Каждая клеточка его обнаженного тела возвращалась из страны теней, принося с собой просветление в затуманенном рассудке. Фицрой откинул со лба прядь волос и вздохнул. Утренний разговор с Вики эхом раздался у него в голове, заставляя судорожно сжать в кулаке простыню. Генри втянул носом воздух: девушки в здании не было.

**************************************************************************

Сначала он почувствовал легкую тошноту. Ему показалось, что недомогание было вызвано создавшимся положением и взвинченными до предела нервами, поэтому он не обратил на это никакого внимания. Но когда горло пронзила дикая, неуправляемая жажда, его осенило. Повернувшись к Жерару, Марсель прошептал уже изменившимся голосом.
- Началось.

***********************************************************************************

Где она? Неужели, ушла? А вдруг что-то случилось, пока он спал? Стоя под горячими струями воды, Генри перебирал в уме все возможные варианты, даже те, о которых предпочел бы не думать. Чуть позже, он обнаружил, что пропала одна из его кредиток, а на полу, под столом, нашел записку.
“Генри, я вышла в магазин. Вернусь через несколько часов. Не беспокойся, все будет хорошо. Мы справимся. Вики.”
Несмотря на довольно теплые слова, вампир чувствовал, как от этого листа бумаги веяло мучительной прохладой: Вики не простила его.
Фицрой посмотрел на часы: восемь вечера. Куда она пропала?
Одевшись, Генри в спешке покинул квартиру. В вестибюле возилась куча народу, а на улице стояли полицейские машины. Входную дверь пересекала желтая полицейская лента.
“Беда”, - пронеслось у вампира в голове.
- Сэр, - к нему обратился один из констеблей, - Дэрил Найт, полиция Ванкувера. Вы здесь живете?
- Да. Моя квартира номер 2110,* - ответил Генри, пытаясь заглянуть ему за спину.
- Мистер Фицрой? - уточнил Найт, сверяясь со своим списком.
- Именно так. Простите, а что здесь произошло? - спросил Генри, заранее зная, что ответа на свой вопрос не получит.
Констебль нахмурился.
- Мне не велено разглашать секретную информацию гражданским лицам. Простите.
Фицрой оскалился.
- Конечно.
Его глаза заволокло чернотой, голос изменился до неузнаваемости. Смотря Найту прямо в глаза, он гаркнул.
- Что здесь произошло?
Констебль тут же заговорил.
- Двойное преступление. Кто-то убил портье. Свидетели утверждают, что видели, как некто в черном плаще вынес через задний ход молодую девушку. Блондинку.
Генри нервно сглотнул, чувствуя, как стены вокруг рушатся, а отчаяние овладевает им.
- Что еще вам удалось найти? - потребовал Фицрой.
Найт достал из кармана два пластиковых пакета для улик и передал вампиру. В одном лежала его кредитка, в другом — оптические очки.
- Свободен, - он отпустил Найта, предварительно стерев из его памяти этот инцидент.
Рисуя в голове страшные картины о том, что Марсель может с ней сделать, или не приведи Господь, уже сделал, Генри ужаснулся.

Продолжение следует…

*2110 — мой личный прикол: дата, когда я посмотрела первую серию Уз — 21-ое октября



@темы: Фан-творчество, Корин Фэннел, Генри Фицрой, Вики Нельсон, Blood Ties

Комментарии
2009-05-21 в 11:39 

А я уже дочитала) только вот конец пока не нашла у тебя в дневе)

2009-05-21 в 11:41 

Be the change you want to see in the world. (c)
hellmouth я тоже не могу найти, может его днев сьел))))

2009-05-21 в 11:44 

Выкладывай дальше)

   

Peter Mohan's Blood Ties

главная