11:57 

Фанфик: "We'll meet again" (NC-17)

Be the change you want to see in the world. (c)
Фандом: Кровные Узы
Название: We’ll meet again (Мы еще встретимся)
Автор: Леди Рокстон, она же vick12
Автор баннера: ~Marguerite
Рейтинг: NC-17 (рейтинг заметно повысила, ибо очень уж кровавый фик получается. Слава Богу с цензурой — порядок)
Жанр: Как обычно у меня: романтика (куда без флаффа? ), драма, экшн, ангст.
Персонаж/Пейринг: Генри, Вики, Корин, дальше – как получится.
Краткое содержание: Наступили темные времена. Все мы знаем, что Генри не идеален, но узнавать такое… Еще одна тайна из темного прошлого вампира-аристократа раскрыта.
Время: Post Deep dark.
От автора: Четвертый раз уже пишу по Узам, пытаясь успокоить все время подбрасывающее новые идеи воображение. Куда там? Боюсь, начинаю уподобляться одной особе с сообщества. Ну, вы меня поняли? Заметьте, впервые повествование ведется от лица Генри. К сожалению, буду писать только на русском, ибо устаю сильно. Я бы сама предпочла английскую версию, но так как она не всем доступна… Название выбрала, исходя из идеи фика. Вообщем, надеюсь, вам понравится мой очередной бред.
Предупреждение: Будет некоторое колличество французского текста. Следите за сносками.
Отказ от прав: Эти персы не мои, только — текст. А жаль…




Всем людям свойственно грешить. Различие между людьми бывает в степени угрызений совести после греха.
В. Альфиери.
Прошлое легче порицать, чем исправлять.
Ливий.
Чем горше прошлое, тем сладостнее настоящее.
Шекспир.
Лучший пророк будущего – это прошлое.
Д.Шерман.
В жизни важно не будущее, а прошлое.
Модиано Патрик.
Так мы и пытаемся плыть вперед, борясь с течением, а оно все сносит и сносит наши суденышки обратно в прошлое.
Фицджеральд Фрэнсис Скотт Кей.
Прошлое, как бы далеко и глубоко зарыто оно не было, все равно тебя нагонит.
Я.

Глава первая

Ванкувер. Пентхаус на Мэйн стрит.

Генри Фицрой сидел за рабочим столом, раздумывая над очередным наброском для своего романа. Карандаш плавно скользил по белоснежной бумаге, вот уже в сотый раз выводя ту же самую картину: длинные светлые волосы, обрамляющие смеющееся лицо с изумрудными глазами и чувственными, несколько припухлыми губами. Вики смотрела на него оттуда и беззаботно улыбалась. Вампир тяжело вздохнул, затем сменил бумагу, положив очередной портрет Виктории Нельсон в кучу предыдущих, таких же.
Ровно полгода назад он смалодушничал и ушел, хлопнув дверью. Его до сих пор мучили угрызения совести за этот трусливый, недостойный поступок. Сбежать, вот так, испугавшись какого-то демона? Ладно, не какого-то, а очень могущественного, но от этого Фицрою легче не становилось. А может, он просто боялся признаться самому себе в истинных причинах своего торопливого отъезда? Демон здесь был не при чем: Генри сбежал из Торонто, потому что не мог больше видеть ее. Потому что она ему не принадлежала. Потому что желание становилось неконтролируемым, опасным. Потому что ему было тяжело каждый раз отпускать ее домой. Делить с Майком. Потому, потому…
Бросить Вики одну, когда ей так нужна была его помощь и поддержка. Возмутительный поступок. Низкий, недостойный лица королевской крови.
В порыве ярости, Фицрой сломал карандаш пополам. Крошки посыпались на пол, а на рисунке появились разводы и пятна. Чертыхнувшись, Генри смял лист и выкинул в урну. Достав из ящика еще один, он снова задумался.
В течении первого месяца, вампир ни раз порывался вернуться, но не позволил себе этого. Естественно, сидеть в четырех стенах, замкнувшись полностью в себе – что может быть лучше? Даже ужин теперь заказывался на дом. Шататься по клубам, в поисках подходящей пищи, ему совсем не хотелось.
Каждый день он с ужасом ждал звонка о страшном известии, что Астарот достал ее. По его просьбе Огастос послал своих людей приглядывать за ней. Именно от них Генри вскоре узнал, что Корин удалось при помощи магии (как же он ненавидит это слово!) разорвать связь Вики с Астаротом, отправив демона обратно в Ад. К сожалению, отец Кассиоли погиб. Как всегда в таких случаях, без жертв не обходится.
Он снова принялся за рисунок. Появились первые штрихи: мужчина средних лет с пистолетом в руках…
Фицрой отложил карандаш и снова погрузился в тревожные раздумья.
Некоторое время спустя после счастливого избавления от Астарота, детектив Майк Селуччи был смертельно ранен в перестрелке и скончался в больнице через несколько часов. Единственный человек, который смог бы защитить Викторию от опасности теперь разделил участь падрэ. Человек, который стал ему почти другом, который отчасти понимал его мучения…
По словам Огастоса, Вики окончательно сникла: закрылась в офисе и не выходила оттуда сутками. Именно тогда Генри почти решился. Ему так хотелось увидеть ее, разделить ее горе, утешить, приласкать...
Вампир не заметил, как по бледным щекам катятся беззвучные слезы. Да, они тоже могут плакать, совсем как люди. Но случается это нечасто: нужен какой-то особый повод.
Нет, бесполезно: сегодня ему ничего не нарисовать. Только бумагу портить может.
Он не поехал к ней тогда, потому что счел, что временное появление только еще больше ее расстроит. Позднее, он узнал все от того же Огастоса, что ее жизнь постепенно нормализуется. Даже появились мужчины. Понятное дело — он ей больше не нужен. Сам виноват. Жалкий трус!
Фицрой решил прогулятся. Приняв душ (стоя под струями воды, он думал о ней, смывая с лица засохшие слезы), одевшись, он вышел в гостиную, чтобы взять пальто. Всего за долю секунды, его лицо пребразилось: вытянулись клыки, налились чернотой голубые глаза. А заставила его сделать это одна маленькая деталь. Запах крови...
Генри метнулся к двери, чувствуя нарастающее из глубин души беспокойство. Как только он распахнул дверь, прислоненное к стене тело рухнуло внутрь. Вики была без сознания. На шее было две точечных ранки, из которых все еще стекала кровь. На самой двери с внешней стороны горела враждебная надпись.


Je t’attendrai…*


Продолжение следует…

*Je t’attendrai – Я буду ждать тебя (перевод с французского)

Предуреждение: эта глава с рейтингом NC-17, из-за сцен жестокости и насилия.
Глава вторая


Париж. 1538-ой год.

Неподалеку от главной площади располагался трактир “Пьяный мушкетер”. Хозяином этого заведения был Жерар Бовье — мужчина средних лет. Для мсье Бовье эта забегаловка была единственным способом заработать, что отчасти ему удавалось: сюда обычно приходило определенное колличество постоянных посетителей — любителей хорошей выпивки и просто спокойной обстановки: нелегко было найти место в шумном Париже, где можно было отдохнуть после долгой и изнурительной службы. Бовье знал всех своих клиентов в лицо, с некоторыми даже общался лично. Вот и сегодня сюда, как обычно, заглянули гвардейцы короля, с целью пропустить стаканчик-другой, семья Вернель (поужинать?), в дальнем углу сидел помещик Клавель со своей женой. Внимание Жерара привлек молодой человек, сидящий недалеко от центра. Незнакомец был одет довольно просто, но знающий человек сразу бы догадался о стоимости ткани, послужившей для пошива его костюма. Трактирщик сразу понял, что посетитель — иностранец: уж слишком сильно он отличался от других постояльцев. Бовье теперь с нескрываемым любопытством разглядывал гостя: темные, вьющиеся волосы обрамляли слишком бледное лицо с высокими скулами. Безжизненные, какие-то пустые глаза смотрели в одну точку, а тонкие губы что-то шептали в пустоту. Перед ним стояла чарка с вином, но он к ней даже не притронулся. Жерар отметил про себя, что незнакомец был невероятно красив и притягателен. Было в нем нечто такое, что заставило всех оторваться от своих дел. Бовье продолжал наблюдать за странным посетителем, который в свою очередь разглядывал постояльцев. Его внимание привлекла сидящая в центре пара — мужчина средних лет и молодая девушка, предположительно — жена. Они ужинали, весело смеясь над глупой шуткой в адрес короля.
Незнакомец встал из-за стола, подошел к трактирщику, затем спросил.
- Мсье, не знаете — кто это? - было что-то в его голосе такое, что заставило Бовье немедленно повиноваться.
- Mais oui*, это мсье Марсель Ланфэн и его супруга — Люсиль, - охотно ответил Жерар. – Мсье принадлежит большое поместье недалеко от Парижа.
- Неужели? - на лице иностранца появилось некое подобие улыбки.
- Да. Извините, мсье, если мое любопытство переходит границы дозволенного, но вы ведь не здешний? – пролепетал Бовье, продолжая смотреть ему в глаза, словно завороженный.
Гость ухмыльнулся, сверля Жерара таинственным взглядом.
- Я англичанин. Скажите, а что вам еще известно про этих господ?
И снова трактирщик не смог отказать.
- Немного. Люсиль — вторая жена мсье Ланфэна. Поговаривают, что Ланфэн и его любовница убили его первую жену. Отравили мадам Кристину…
Англичанин резко изменился в лице: и без того бледная кожа стала совсем прозрачной, так что стали видны вены, глаза налились чернотой и злостью, а недавняя улыбка превратилась в звериный оскал. Незнакомец был теперь похож на дикое животное.
- М-мсье, что с вами? Вам плохо? - пролепетал перепуганный трактирщик, пятясь к двери.
- Наоборот, - совсем другим, глухим голосом ответил англичанин, - мне очень хорошо, - он ядовито улыбнулся.
Весь трактир молча наблюдал за разворачивающимися у них на глазах событиями. Через минуту молодой человек вышел из трактира, швырнув несколько монет за выпивку. Немного придя в себя, Жерар Бовье начал убирать со стола. Только сейчас он заметил, что странный посетитель почти ничего не выпил. Сложив воедино все увиденное, Бовье ужаснулся своей догадке.

************************

Дверь хлопнула. Марсель Ланфэн вошел в свою спальню, где его уже ждала Люсиль. На девушке была полупрозрачная сорочка, а длинные светлые волосы ниспадали локонами по плечам. Она откинулась на спину, поглаживая рукой свои обнаженные бедра. Ланфэн, улыбнувшись, бросился в постель и вцепился в губы своей бесстыдницы-жены. Девушка подалась вперед, изгибаясь в объятии Марселя…
Внезапный шум прервал любовников. Раздалсля скрип, и в комнату кто-то вошел. Тот самый англичанин из трактира Бовье. Незнакомец подошел к кровати и ухмыльнулся увиденному.
- Кто вы? - прошептал Ланфэн, загораживая жену своим телом.
- Молчать, - глаза гостя почернели, совсем как тогда, голос стал повелительным.
Ланфэн замолчал: этому странному человеку было невозможно перечить. И его красота. Она была пленительна. Марсель ужаснулся этой мысли.
- Вы виновны, - начал гость, - в ужасном преступлении.
- Mы ничего не делали, - пролепетала Люсиль.
Англичанин продолжил, не обращая внимания на испуг, читавшийся в глазах любовников.
- Вы убили женщину — Кристину, - он пожирал девушку глазами.
Люсиль не понимала, что происходит. Откуда не возмись, появилось томление внизу живота и непреодолимое желание, которое с каждым его словом становилось все сильнее. Марсель в ужасе наблюдал за своей женой, на лице у которой появилась бесстыжая улыбка.
- Pardon**, я требую ответа! Кто вы, мсье? - спросил хозяин дома, лихорадочно прижимая к себе обезумевшую от желания жену.
Гость ответил.
- Я Генри Фицрой.
- Мсье Фицрой, что вам от нас надо?
- Я здесь, чтобы вершить над тобой, нет — вами — суд, - усмехнулся англичанин.
Марсель сжался от страха. Фицрой теперь смотрел на Люсиль. Его дьявольские глаза жгли девушку, маня к себе.
- Иди ко мне, - прошептал Генри, улыбаясь девушке.
Она встала с кровати, подошла к нему, тоже улыбаясь. Он обнял ее спереди, нашептывая что-то на ухо. Девушка широко улыбалась, утопая в своих грязных фантазиях.
- Отпустите ее, молю! - Марсель встал было с постели, но англичанин его остановил.
- Стой, где стоишь!
Ланфэн застыл на месте. Фицрой поцеловал девушку в губы — сильно, страстно — затем стал покрывать поцелуями нежную шею, слегка прикусывая кожу. Люсиль продолжала бесстыже улыбаться. Генри запустил руку ей под сорочку, прошелся пальцами по ее животу, спускаясь все ниже... Девушка застонала от удовольствия.
- Зачем вы убили жену? - спросил англичанин. - Она вам надоела? Или вы решили заменить ее вот этой бесстыжей шлюхой? - при этих словах он крепко сжал девушку одной рукой высвобождая ее грудь.
Люсиль открыла глаза, словно проснувшись ото сна.
- Отпустите меня, - закричала девушка, вырываясь.
Сорочка соскользнула с плеча, обнажив грудь. Фицрой довольно улыбнулся.
- Вы — отвратительные твари, - он потянулся куда-то вниз.
Его цепкие пальцы прошли снизу вверх по бедру девушки, заставив ту вскрикнуть. Улыбнувшись ей, он достал из кармана кинжал и провел им по ее груди, оставляя неглубокие порезы. Его глаза загорелись от неистового желания. Капли крови, выступившие на коже, будоражили рассудок. Приоткрыв рот, он выпустил клыки: повернув заплаканную Люсиль к себе лицом, откинул мешавшие волосы и вцепился в нежную кожу. Девушка вскрикнула, теряя сознание от нахлынувшей боли. Марсель в ужасе наблюдал за этим человеком, который убивал его жену, но был не в состоянии даже пошевелиться. Тревожные мысли роились в голове: черные глаза, длинные, острые клыки, бледная кожа. Теперь Ланфэн понял, что Фицрой не что иное, как вампир.
Оторвавшись от девушки, англичанин снова заговорил.
- Ваш грех ужасен. Наказание за это — смерть. Обоим.
Слова прозвучали, как вердикт. Генри подхватил девушку на руки и положил на кровать. Люсиль лежала на белоснежных простынях: ее светлые волосы пропитались кровью. Вампир не стал много пить. Ему просто хотелось причинить ей боль, напугать, унизить. Генри сел рядом, столкнув Ланфэна на ковер. Провел рукой по ее бедру, поднимаясь все выше. Затем навис над ней, раздвигая коленом сжатые ноги. Люсиль была слишком слаба, чтобы сопротивляться. Вампир снова поцеловал ее в губы, так сильно, что девушка стала задыхаться.
- Par pitié!*** Да что же вы делаете? - взвыл беспомощный Марсель.
Фицрой оторвался от Люсиль.
- Я вершу справедливый суд, - повернувшись к ней, вампир склонился над девушкой, снова выпуская клыки.
Люсиль сделала последнюю попытку вырватся, но ее противник был значительно сильнее. Прижав ее к постели, он в последной раз поцеловал ее, перед тем, как жадно впиться ей в бедро. Девушка закричала от боли, слезы потекли по щекам. Она чувствовала, как жизнь, которую она так любила, постепенно в ней угасает. Вытянувшись во весь рост, она сжала в кулаке кусочек простыни...
Генри озверел окончательно. Жажда мести и тоска по любимой свели его с ума. Даже вампиры бывают лояльны со своими жертвами, но ему хотелось растерзать это тело, испить до последней капли, причинив при этом как можно больше боли.
Отбросив в сторону бездыханное тело Люсиль, Фицрой накинулся на Марселя. Прокусив шею, он отпил совсем чуть-чуть, затем укусил себя в кисть. Горячая кровь закапала в рот сопротивляющегося Ланфэна. Марсель стал захлебываться, выплюнул кровь прямо в лицо своему палачу. Генри стер ее с лица, затем облизал руку.
- Ты будешь жить вечно, Ланфэн. Жить и помнить о том, что ничего не смог сделать. Это будет твоим единственным воспоминанием. Оно будет пожирать тебя вечность. Ты сойдешь с ума, - вампир встал с пола и пошел к двери.
- Мы еще встретимся. Я найду тебя, Анри****, где бы ты ни был, - крикнул в догонку истекающий кровью Марсель.
- Буду ждать, - дверь хлопнула и Фицрой покинул поместье...
Генри вздрогнул, открыл глаза и в ужасе посмотрел по сторонам. И хотя поместье Ланфэн было далеко в кровавом прошлом, лежащая на коленях в бессознательном состоянии Вики стала ярким напоминанием о грехах прошлой жизни, или двух?

Продолжение следует…


*Mais oui – конечно (перевод с французского)

**Pardon – простите, извините (перевод с французского)

***Par pitié – сжальтесь, проявите милосердие (перевод с французского)

****Анри. Имя Henry по-французски будет звучать именно Анри.





@темы: Фан-творчество, Корин Фэннел, Генри Фицрой, Вики Нельсон, Blood Ties

Комментарии
2009-05-15 в 19:55 

Леди Рокстон, давай быстрее продолжение или я сама пойду искат ьего в твоем дневе))

2009-05-19 в 19:44 

I want something glowing and glistening. Something... effulgent.
hellmouth я тоже хочу все и сразу :tease4:

2009-05-19 в 20:20 

Голди, ну так скока времени уже прошло, а она не выкладывает) надо ее бить)

2009-05-19 в 21:45 

Be the change you want to see in the world. (c)
hellmouth Голди девочки, не выкладывается, не знаю почему, завтра еще попробую:hmm:

2009-05-19 в 22:07 

Erynia
Be the change you want to see in the world. (c)
hellmouth если не получится, отдельным постом напишу))))

2009-05-19 в 22:11 

Я готова читать прям счас)

     

Peter Mohan's Blood Ties

главная